Спорт, бизнес, политика: Strongman

Спорт, бизнес, политика: StrongmanСпорт, бизнес, политика: Strongman. Спорт вне политики ? В этой формуле, на мой взгляд, исключений всегда было больше чем правила. Спорт как инструмент холодной войны , существование военно-спортивных организаций, боевые действия из-за поражений в футбольных матчах — сюжетов этой серии в истории XX века было немало. Сегодня, в условиях глобализации, взаимосвязь политики, спорта и замкнутого на них бизнеса очевидна и очевидно, что связь эта будет укрепляться и дальше, обретая по ходу новые смыслы и формы. О тенденциях развития современного спорта, практике взаимодействия спортивного, экономического и политического я сужу по своему опыту. Strongman ( спорт силачей ), хотя он и относительно молод, стремительно распространяется по всему миру.

Более чем в ста странах ежегодно проходит свыше 500 соревнований, количество посетителей на которых колеблется от нескольких сотен до 25 тысяч человек. Спортивными снарядами здесь служит все, что можно тянуть, удерживать, переносить на расстояние. Атлеты двигают грузовики, поднимают камни весом в 180 кг, переворачивают шины по 500 кг. Спорт силачей, возможно, самая тяжёлая и комплексная проверка человеческой силы, выносливости и одновременно яркое, зрелищное шоу, максимально символизирующее энергию и здоровье. Стронгмен дает наглядное, почти лабораторное представление об идущей в мире глобализации, поскольку в чистом виде сам является ее продуктом. В первую очередь это представление о бонусах и перспективах конкретного вида спорта, завязанного телеверсиями своих соревнований на большое ТВ. Подлинная сила спорта силачей — в ESPN, Eurosport, РТР-Спорт и других телеканалах, показывающих турниры strongman в общей сложности в 220 странах мира. Телевидение сформировало рекламоемкий рынок спорта силачей, с самого начала освоенный международными бизнес-спортивными структурами (World Strongman Cup federation, Strongman Super Series, IFSA Ltd, и др.), которые организуют соревнования и обеспечивают производство их телеверсий. ТВ-потенциал спорта силачей привлек и привлекает новых стратегических партнеров, заинтересованных в глобальном информационном присутствии. Для этого они выступают принимающими сторонами и рекламодателями стронг-турниров, спонсорами соревнований и спортсменов. Так, американский MetRX, один из крупнейших в мире концернов по производству спортивного питания, фактически содержит чемпионат мира World’s Strongest Man, спонсирует легенду стронгмена поляка Мариуша Пудзяновского и американского атлета Джесси Марунде.

С огромным воодушевлением в 2006 году MetRX воспринял завоевание американцем Филом Пфистером после долгого перерыва титула Самого сильного человека планеты — с ним был сразу же подписан спонсорский контракт. В глобальный теле-PR через стронгмен вкладывались национальные промышленные и ТЭК-гиганты ( Криворожсталь из Украины, Секол из Польши), целые страны (Белоруссия), отдельные регионы (о-в Хайнань в Китае, Ханты-Мансийский АО России); в интересах торгового бизнеса соревнования организовывались на площадках новых мегамаркетов в Торонто и Вене, в интересах бизнеса туристического — на карибских, канарских, гавайских пляжах, а также в Замбии. Все эти примеры наглядно характеризуют одну из мощных тенденций современного спорта — превращения его в инструмент маркетинга бизнеса и территорий. В данном направлении молодой strongman чувствует себя свободнее других видов спорта с историей и поэтому шагает чуть впереди. Буквально в последние год-полтора обрисовалась еще одна интересная перспектива использования спорта силачей в качестве инструмента специфического маркетинга. Глобальный характер и мобильность стронгмена привели его на поляну маркетинга политического. Наработки тут уже сделаны. Президент Украинской федерации сильнейших атлетов, продюсер телепроекта Богатырские игры В.Киба, а также Самый сильный человек Украины и Самый сильный человек планеты-2004 Василий Вирастюк летом этого года предлагали военному ведомству Украины в период международных учений Си Бриз провести командный чемпионат мира по strongman (с национальной и глобальной телеверсиями) прямо на палубе одного из кораблей-участников. Понятно, что турнир положительно сработал бы на имидж учений и связки Украина-США-НАТО.

Идея получила полную поддержку военных. По известным причинам она в конечном итоге не была реализована, но тем не менее разработка аналогичных стронг-проектов на Украине продолжается. Другой пример. На фоне начавшегося политического сближения Белоруссии и Ирана при непосредственном участии восточноевропейского менеджмента World Strongman Cup Federation (В.Редкин) в начале 2007 года в Минске должен пройти командный турнир между сборными Ирана и Беларуси. В общем, тенденция прослеживается. И еще один важный вывод отсюда: ключевые менеджеры стронгмена и атлеты-телезвезды (особенно из регионов повышенной геополитической активности) втягиваются в международную политическую коммуникацию и в определенных условиях принимают на себя политическую инициативу и ответственность, работают национальными политиками . Мотивы, двигающие ими при этом, — отдельная тема.

Стронгмен — силовой вид спорта. По определению сила придает дух. Как известно, у большинства народов миф богатырства является важнейшим элементом национального духа и самосознания. Поля красота — в его дарах. Гор красота — в их высотах. Народа красота — в его силачах , — запомнились мне прочитанные когда-то строчки поэта Т.Сатылганова. Атлеты-стронги — не космополиты.

Возможно, в этом сегодня главное отличие спорта силачей от других глобальных видов спорта. Здесь нет легионеров и трансфертов спортсменов. Каждый силач представляет свою страну и олицетворяет силу своего народа (внешне, кстати, все стронги очень неординарные люди: их средний рост 190 см, вес 140 кг и объем груди 150 см. Многие атлеты живут не одним стронгменом, работают пожарниками, охранниками, спортивными инструкторами, занимаются частным предпринимательством. По сути, стронги выступают как народные спортсмены .

В этих условиях потенциал спорта силачей как средства укрепления самосознания и духа нации очень высок. В разных странах этот потенциал используется по-разному. Интересен, опять-таки, пример самостийной Украины, где с недавнего времени появилась традиция проведения Всеукраинского праздника богатырской силы на призы памяти Ивана Пиддубного (которого мы еще помним как Поддубного). Спортсмены украинской команды strongman (трехкратного обладателя титула Самая сильная нация планеты ) во главе с капитаном Василием Вирастюком — основные действующие лица этого мероприятия.

Непобедимая фигура Ивана Пиддубного стала примером мужества для многих последующих поколений. Наш легендарный земляк гордился тем, что он украинец, и нес славу о нашей земле по всему миру. Сегодня фигура Пиддубного должна быть составляющей образа Украины как страны самых сильных в мире людей. Поэтому важно, чтобы молодежь больше узнавала о его жизни и его непобедимости, и в частности через средства массовой информации , — так красиво в 2005 году комментировал идею праздника бывший вице-премьер-министр Н.Томенко. Заметим, что, отдавая дань значимости стронгмена для национальных интересов, украинские власти официально признали его видом спорта и обеспечили государственной поддержкой.

Еще одна заметная грань взаимодействия стронгмена и политики — участие известных атлетов во внутриполитических процессах (в первую очередь это касается стран постсоветского блока). Втягивание в политику стронгов, равно как и представителей других видов спорта, деятелей культуры, ученых, — процесс объективный; осуждать его бессмысленно. В конце концов, у любого человека есть гражданская позиция, и он вправе заявить о ней. Никто не мешает многократному Самому сильному человеку планеты , национальному герою Польши Мариушу Пудзяновскому активно участвовать в президентской кампании на стороне лидера партии Самооборона А.Леппера, а одному из сильнейших стронгов Латвии Раймондсу Бергманису открыто одобрять латышских легионеров времен Второй мировой. Здесь рискует сам атлет. Явная для всех управляемость со стороны заинтересованной политической силы сослужит плохую службу его имиджу. Ведь скептиков по отношению к спортсменам-политикам предостаточно, в том числе и среди их поклонников. И наоборот, чувствующий в себе силы, знающий что говорит спортсмен, используя свои широкие коммуникационные возможности, имеет все шансы быть услышанным и воспринятым народом и вполне может состояться как самостоятельный заметный политический деятель.

Таковы главные известные мне аспекты и современные тенденции синтеза стронгмена, политики и бизнеса. Считаю, что в основном они уже распространены или вскоре распространятся на все другие виды спорта. В то же время тема, безусловно, требует дальнейшего освещения. Диалектика рассматриваемых взаимоотношений всегда будет притягивать внимание дальновидных политиков, инициативных бизнесменов, сознательных и честолюбивых спортсменов. И последнее.

Все, что касается коммерциализации, политизации стронгмена и стронгов, происходит за пределами спортивной площадки. А на площадке принципы fair play , взаимоуважения сильных людей друг к другу, дух здоровой соревновательности непоколебимы. Здесь автономное плавание.

Leave a Reply