Бизнес и политика

Бизнес и политикаБизнес и политика. Экономика и политика во все времена шагают об руку; прошедшее лето во всей полноте показало, что здравый смысл частенько уступает политическим амбициям, а машина государственной пропаганды порой может больше, чем динамика ВВП и курсов валют, не говоря уже о NASDAQ с Dow Jones. Текст: Алина Ковалева. Недаром сразу же после введения так называемых контрсанкций столичная интеллигенция обратилась к образу Н. С. Хрущева с его Держись, корова из штата Айова . а кто-то и прямо заговорил об опасности (и нежелательности) нового периода значительного охлаждения отношений между Россией и мировым сообществом, очевидно невыгодного для экономики всех стран, по крайней мере европейских. Об этом же писал в своем открытом письме к мировому бизнес-сообществу Ричард Брэнсон, призывая не допустить дальнейшего обособления русского мира . Удивительно, что никто не вспоминает свертывание НЭПа, необходимое для старта первой сталинской пятилетки. Между тем настоящая и очень поучительная война санкций в Европе развернулась за сотню с лишним лет до Обамы, Порошенко и даже до Сталина. Чуть менее двух веков назад Британская империя оказалась в кольце экономической блокады. Для сокрушения главного политического противника Наполеон Бонапарт избрал тактику медленного удушения.

К этому времени большая часть европейских государств, а также Россия находились под сильным влиянием Франции, так что Наполеон мог позволить себе полностью запретить торговлю с Великобританией не только французскому, но и мировому бизнесу. Можно себе представить, как радовались региональные рынки, обнаружив, что на сотни тонн их продукции покупателя нет и не предвидится. Маховик экономических репрессий раскрутился в полную силу; Великобритания все еще чувствовала себя хозяйкой морей, а потому ответила распоряжением Тайного совета от 11 ноября 1807 года, в соответствии с которым торговля с Францией была запрещена не только Соединенному Королевству с колониями, но и нейтральным государствам. Все вообще корабли, застигнутые в открытом море, обязаны были заходить в английские порты для уплаты пошлин и проверки груза и мест его назначения; британские крейсера патрулировали все основные морские трассы и выглядели очень убедительно. Даже в условиях полного отсутствия интернета и мобильной связи жители четырех материков, включая Южную Америку и Австралию, объединили усилия в недовольстве тем, как грубо эти меры нарушают международное морское право, а именно, принцип открытости морей. Санкции столкнулись с контрсанкциями.

Но это был еще не конец. 17 декабря 1807 года Наполеон выпустил Миланский декрет монаршее разрешение французским военным кораблям и каперам захватывать и обращать в приз любые корабли, следующие из портов Великобритании или оккупированных ею стран. Миланский декрет должен был действовать, пока англичане не прекратили бы обыски нейтральных судов. А Запретительный тариф 1810 года сделал невозможной законную торговлю колониальными товарами любого происхождения, так как требовал публично сжигать все обнаруженные на суше британские промышленные и колониальные товары. Последовали повальные обыски в магазинах, на складах и ярмарках по всей Европе. Титаны Англия и Франция наращивали внутренний сбыт и поднимали промышленность на пепелище, в которое обратился весь европейский рынок. Лишенные каких-либо надежд государства- союзники кредитовались у этой же парочки, укрупняя военно-политические альянсы. Именно в этот период, кстати говоря, случился один из крупнейших экономических кризисов США, которым в силу удаленности от континента не удавалось получать заметных дивидендов ни от одной из сторон: Англия топила французские суда, Франция британские. А Штаты, меж тем, испытывали острейшую нехватку производительных ресурсов. В общем, на фоне 1806 1814 годов нынешняя война санкций так, школьная потасовка. Отрезанная не только от основных торговых партнеров, но и жизненно важных как это виделось тогда колоний в различных частях света, Великобритания должна была, по замыслу Наполеона, запросить пощады через два, максимум три года. В действительности все закончилось только через восемь лет и совсем не так, как ожидал того французский император. Блокада нанесла существенный экономический ущерб Англии, тяжелый Франции, где в 1811 году также разразился экономический кризис, и тяжелейший зависимым от нее странам, против которых во Франции действовали протекционистские тарифы. В итоге французские товары не могли компенсировать отсутствие британского импорта даже на территории смой Франции, не говоря уже о союзниках; в конечном счете французские власти вынуждены были пойти на ввоз ограниченного количества британских товаров, чтобы поддержать снабжение населения и армии. Злободневно, не правда ли. Спецпроект октября Бизнес и политика расскажет о современных моделях международного экономического соперничества, о влиянии политических новостей (порой надуманных, а то и специально инспирированных) на вполне реальные экономические процессы (на динамику курса валют и акций, рост цен на сырье и ресурсы), о государственных инвестициях, противостоянии и содружестве государства с частным бизнесом, о том, что ждет в экономическом отношении Крымнаш : кто его инвесторы и кто потребитель; развивается ли в Петербурге крупная промышленность, что ждет молодые и вновь возникающие предприятия, где найти инвесторов инновационным компаниям; как избавить провинцию от дефицита бюджета и можно ли среди современных предпринимателей найти героя нашего времени. Двенадцать актуальных бизнес-статей для тех, кто думает о будущем и хочет смотреть вперед с оптимизмом.

Leave a Reply